dwarfdoc (dwarfdoc) wrote,
dwarfdoc
dwarfdoc

Category:

Граф Петр Иванович Шувалов.

Изучая материалы по поводу бесчинств в Иркутске следователя Крылова, я наткнулся на множество диаметрально противоположных мнений о графе Шувалове, ставшем одной из ключевых фигур этой истории. Насколько мне это удалось, я скомпилировал небольшой «пресс-портрет» этого исторического персонажа, который и выношу на Ваше рассмотрение.



Ложка меда.


Взлет Шувалова начался в 17 лет (в 1727 году), когда он в качестве гоф-юнкера был в траурном эскорте, сопровождавшим из Киля судно с телом Анны Петровны. В том рейсе Петр Иванович познакомился с Маврой Шепелевой, будущей женой. Была она фрейлиной цесаревны Анны и подругой Елизаветы. Спустя много лет, 25 ноября 1741 г. Петр Шувалов со старшим братом Александром, Воронцовым и Разумовским были теми из немногих придворных, кто, рассчитывая на поддержку гренадерской роты Преображенского полка, способствовали восхождению Елизаветы на российский престол.

В 50-е годы он становится одной из виднейших фигур в российской жизни. Именно Петр Шувалов предлагает заменить прямые налоги косвенными, создать систему рекрутов для армии, стоит у истоков первых российских банков. И, что особенно важно, Госбанка. Он руководит российской артиллерией. Регулярно предлагает новые виды вооружения. Кроме того, Шувалов назначается государственным межевщиком.

В 1753 году реализуется один из важнейших законопроектов Шувалова. Отменяются таможенные сборы за провоз товаров внутри России. В частности упразднена таможня в Верхотурье. После чего движение товаров из Сибири стало возможно в Европейскую часть страны.

Проще говоря, - Петр Иванович Шувалов среди пажей, отдавших свои знания, силы и энергию Отечеству и армии, по месту и по времени, отведенным ему в истории Пажеского корпуса, по праву назван одним из первых.


Бочка дегтя.


Теперь оставим в стороне лирику и обратимся к фактам.

Истинный взлет Петра Шувалова начался после 1751 года. Фаворитом Елизаветы был молодой Бекетов, имевший звание полковника и служивший при графе Разумовском. Шувалов подружился с красавцем-фаворитом и, среди прочего, порекомендовал ему изумительное средство для лица, позволяющее сохранять кожу в свежести.
Притирание вызвало угри и сыпь. Жена Шувалова, Мавра Егоровна посоветовала подруге удалить Бекетова из дворца, и познакомила с двоюродным братом мужа – Иваном.

23-х летний Иван Иванович Шувалов стал новым фаворитом императрицы. К слову, службу России он сослужил знатную. Был покровителем наук и искусств, основал в Москве Университет, а в Санкт-Петербурге Академию художеств.

В то время, как Иван Иванович, оставляя в покое зависть, не помышлял о приобретении богатства и наград, Граф Петр Шувалов, командовавший до того армейскою дивизией, возведен в Генерал-Аншефы; получил достоинство Генерал-Фельдцейхмейстера; пожалован: начальником тридцатитысячного обсервационного корпуса, им сформированного; Конференц-Министром; Директором деланных вновь, по его проекту, медных денег; управлял Канцеляриями Артиллерийскою и Оружейною, присутствуя в Правительствующем Сенате только по важным делам.

Разберем по порядку. Российская экономика была серьезно подорвана непомерными расходами на содержание двора. Петр Шувалов предлагает отдавать на откуп отдельные сегменты российского бизнеса. Себе он получает морские и речные промыслы фон Шемберга, оставшиеся «с давних лет впусте». Следом, через фаворита проталкивает прошение о предоставлении ему права на все моржовые, звериные и сальные промыслы по берегам Ледовитого океана.

Чтобы представить масштаб первых приобретений, остановимся на персоне Шемберга, сколотившего состояние во времена Анны Иоанновны..

Наследство «предпринимателя» Шемберга.


Дворяне не брезговали никакими способами получения доходов. Наиболее яркий тому пример - дело барона фон Шемберга, вознесенного всесильным Бироном на пост генерал-берг-директора - руководителя горного дела всей России.
Вскоре после назначения новоиспеченный берг-директор подал прошение на имя Анны Иоанновны, в котором указывал, что «приметил», как «горное дело по сие число не особенно развилось» и что вследствие этого казенные доходы «не так довольны, как им быть надлежало». По его «разумению», правительство получило бы больше прибыли, если заводы управлялись бы «не единым казенным коштом», а «иждивением приватных людей». Все эти рассуждения он завершает просьбой передать горные производства ему, Шембергу. И это его желание вскоре удовлетворили.

Запросы Шемберга были очень велики. Кроме заводов и субсидий он хотел получить земли в Лапландии и на побережье Белого моря «для построения вновь заводов в потомственное владение» с правом бесконтрольной торговли своими товарами (чтобы «ни в котором виде никто его не отягчал и препятствия не чинил»). Также берг-директор просил приписать к заводам крестьян в количестве, нужном для начала дела, а сверх того - «сколько потребно будет впредь, когда заводы размножатся», причем эти заводы предполагалось освободить от всех «нынешних и будущих податей, налогов и пошлин». Но и этого ему было мало. Шемберг просил запретить его рабочим самостоятельное приобретение для себя вина, табака, пива и «прочих харчей», ибо он желает не только развивать российскую промышленность, но и удержать рабочих от «непорядочных поступков».

В конце концов, правда восторжествовала. В 1742 году, уже при Елизавете Петровне, все заводы у Шемберга отобрали, а его самого взяли «под караул». Но вскоре один из компаньонов Шемберга сумел задобрить взятками сановных чиновников. Многие сенаторы всеми доступными им средствами выгораживали алчного саксонца.
Результаты «заботы» Шемберга о российской промышленности впечатляют. Долг его компании казне составил, по одним подсчетам, 308 тыс. рублей, по другим - 372 тыс. Большую часть этих денег Шемберг сумел переправить за границу, куда сбежал и сам.

Вот эта экономическая империя досталась Шувалову абсолютно бесплатно. Причем «наследство» Шемберга стало лишь малой долей его доходов. За 90 тыс. рублей Шувалов приобретает Гороблагодатские железные заводы – крупнейшие предприятия того времени. Сделано это было через Сенат, который благосклонно разрешил Шувалову с формулировкой: «Сим мужем сальные и рыбные промыслы им в такое размножение приведены, в каком никогда они не бывали». Уже при Екатерине заводы, отданные Шувалову за 90 тыс. рублей, казне пришлось выкупить за 750 тыс.

Свита.


Не стоит думать, что все это Шувалов держал в своих руках. Доход с такого, с позволения сказать, бизнеса в разной степени делился с друзьями: генерал прокурором Сената Н.Ю. Трубецким (то есть главным прокурором России) и обер прокурором А.И. Глебовым. (о нем далее отдельный рассказ).
Часть лесного и табачного бизнеса пришлось разделить и с соперниками – князем Шаховским, графом Воронцовым. Как происходил «распил» российской собственности сейчас сказать трудно, но себе Шувалов сотоварищи взяли львиную долю винокурного промысла, Воронцову на восемь лет отдали экспортную торговлю хлебом на Каспии, что-то «отстегнули» и прочим сенаторам.
Практически вся торговля выкупалась Шуваловым, Ворнцовым и прочими, и перепродавалась крупным сановникам и предпринимателям – Евреинову, Яковлеву, Гомму и другим. Они, в свою очередь, дробили бизнес на мелкие составляющие и продавали уже непосредственным новым владельцам. Вы можете себе представить, но даже Российская таможня была продана за 2 млн. рублей!

Результат прихода сановников в бизнес не замедлил себя ждать. Уже в 1753 году была отменена внутренняя российская таможня. Сенаторы, получившие при помощи Шувалова за не очень большую плату собственные источники дохода, поддержали законопроект. Этот указ позволил беспошлинно провозить товары из Сибири в европейскую часть страны. Надо заметить, что практически всё, что лично себе [а также Глебову, Трубецкому] брал с одобрения сенаторов Петр Шувалов, находилось как раз на Урале и в Сибири. Он то и получился главным выгодополучателем с принятия нового закона.

Упоминается диалог, произошедший между Шуваловым и Шаховским по этому поводу.

«Ваше Сиятельство!» - сказал надменному Графу Князь Шаховской — «Теперь вы уже довольно богаты и имеете большие доходы, а я, при всех высоких титлах своих и не мыслил еще о каких-либо приобретениях! Дадим, в присутствии Его Превосходительства, честное слово друг другу: отныне впредь не заниматься более увеличением нашего достояния, не следовать влечению страстей своих, отступая от обязанностей и справедливости, но идти прямым путем куда долг, честь и общая польза сограждан будет нас призывать. Тогда только соглашусь я носить имя вернейшего друга вашего; в противном случае молчать перед вами, угождать вам и ласкать вас я не буду, чего бы мне то ни стоило»…

Великому русскому ученому М. В. Ломоносову была выдана монополия на «заведение» бисерной и стеклянной фабрики, генерал-аншефу Сумарокову - на выделку козлиных кож, графу Ягужинскому - на выделку шелковых чулок. Сколько они заплатили Шувалову, в открытых источниках я не встретил, зато про некоторых других есть: Евреинов, купивший у Воронцова и Глебова право на вывоз льняного семени за границу, платил им по 50 копеек с каждой вывезенной четверти. За четыре года - с 1759-го по 1762-й - он передал держателям откупа 62,7 тыс. рублей. Петербургский купец Горбылев платил по договору за табачный откуп Шувалову 47,7 тыс. рублей ежегодно.

Кроме всего прочего, сенаторы (что неудивительно) после появления собственного бизнеса единодушно проголосовали за увеличение таможенных пошлин на ввозимый из-за границы товар. Официально это было сделано для увеличения поступлений в государственную казну. Стоит ли говорить, что предложение внес Петр Шувалов.

Армия.


Не менее «весело» Шувалов отметился и на армейской службе. 5 сентября 1751 года Шувалов получил звание генерал-аншефа. И стал командиром дивизии.
Он активно участвует в жизни дивизии, берет на себя вопросы обучения солдат, снабжения обмундированием и оружием. Также выдвигает на рассмотрение несколько образцов оружия, придуманных самолично. Если фузеи и штыки авторства Шувалова не оставили заметного следа в отечественном вооружении, то гаубицы с овальным стволом даже были запущены в серийное производство.
В апреле 1756 года Шувалов назначается главнокомандующим российской армией, однако делает небольшой финт. В случае неудачи на прусском фронте он рискует навлечь на себя императорскую немилость. В сентябре граф Шувалов становится генерал-фельдцейхмейстером, то есть начальником всей российской артиллерии. А главнокомандующим армией, и собственно Прусской компанией, назначают С.Апраксина.

Само назначение состоялось благодаря тем самым гаубицам с овальным стволом, предназначенным для стрельбы картечью. Новое русское оружие получает статус «секретного» и транспортировка его разрешается лишь с прикрытыми чехлом стволами. К слову, никакого дополнительного эффекта в бою овальный ствол не давал, а сама технология производства гаубиц была крайне дорогостоящей. Сразу после смерти Шувалова пушки были сняты с производства.

Практически после назначения на новую должность Шувалов реорганизует Канцелярию Главной артиллерии. Себе он оставляет функции общего руководства и кадровых назначений. Все остальные функции Шувалов перекладывает на Канцелярию.

Сам же Шувалов занялся созданием Обсервационного (резервного) корпуса. Он состоял из шести полков. Предполагалось, что при обострении военной обстановки корпус примет участие в боевых действиях. На практике, войска корпуса «помогали» Шувалову при решении межевых дел. Волевым решением (как предполагается, за небольшую мзду) граф Шувалов раз и навсегда решал давно тянувшиеся земельные споры российских помещиков.

Самым главным кадровым вопросом, решенным им в должности «кадровика», стало продвижение клеврета А.И. Глебова на пост генерал-кригскомиссара (начальника снабжения всей русской армией). Произошло это в 1760 году.

Медный банк.


Ну, и самое главное его предприятие. При активнейшей поддержке Шувалова в 1754 году создается Государственный банк. Он состоит из двух независимых частей, предназначенных для поддержки различных сословий. Купеческий банк подчиняется Коммерц-коллегии, а Дворянский – Сенату.

Государственный банк создавался по подобию французского Королевского банка, организованного чуть ранее Джоном Лоу. Консультантами по этому проекту выступали граф Иван Чернышов и англичанин Уильям Гомм.
Успешная работа Государственного банка дала возможность Шувалову внести предложение по созданию еще одного банка. Официально банк должен был укрепить серебряную монету. По предложению Шувалова банк должен был выдавать кредиты бизнесу медными монетами под проценты. Получая оплату назад уже серебряными монетами, имевшими хождение в Европе. Так появился Медный банк.

Вроде бы благородное начинание. Есть огромный фактор, озадачивающий при внимательном рассмотрении. Это схема выдачи кредитов. Они выдавались под 6% годовых на 18 лет без обязательства выплачивать проценты ежегодно! Кстати, кроме медной монеты активно выдавались и векселя.
Вы уже догадываетесь, кто получал эти кредиты? Воронцов получил 200 тыс. рублей, Нарышкин и Ягужинский по 150 тыс. рублей. Всего было выдано кредитов на 3,2 млн. рублей. После смерти Шувалова выяснилось, что самый большой кредит – 473 тыс. рублей получил он сам. И это только напрямую. Уильям Гомм, выкупивший право торговли российским лесом на экспорт на целых 30 лет взял кредит в банке на сумму 300 тыс. рублей. Будучи иностранным подданным, он получить кредит вообще-то не мог. На руки Гомм получил 120 тыс. рублей. Остальную часть кредита составил «откат» Шувалову.

После смерти Шувалова М.М.Щербаков написал, что в общей сложности Петр Шувалов получил из банка миллион рублей. Кстати, банк как убыточный был закрыт сразу после его смерти, а многие кредиты к 1786 году (окончанию срока займа) так и не были возвращены.

Но в определенный момент средства банка истощились. Тогда вошедший во вкус Шувалов открывает еще один – Артиллерийский банк.
Медные монеты для этого банка стали чеканить из пушек. В разгар Семилетней войны! Но добро дал глава банка, он же, по совместительству, начальник артиллерии всей страны. Как знать, может ради этого источника меди Петр Шувалов и стремился удержать должность генерал-фельдцейхмейстера? Артиллерийский банк был ликвидирован одновременно с Медным.

Смерть.


Все эти дела были возможны лишь попустительству Елизаветы Петровны. Изначально Мавра Егоровна могла манипулировать императрицей. Конец 1760 го и 1761 год прошли в мучительной борьбе стойкого организма императрицы с несколькими тяжелыми недугами, постепенно сводящими ее в могилу. Помимо астмы и, вероятно, диабета, Елизавета Петровна в последний год своей жизни ежемесячно страдала припадками эпилепсии, после которых по нескольку дней пребывала в бесчувственном состоянии. Умерла 12 декабря 1761 года.

Новый правитель был еще более благосклонен к Шувалову. В первый день своего правления 25 декабря 1761 года Петр III уволил в отставку неугодного ему генерал прокурора Сената Я.П. Шаховского и назначил на его место Александра Ивановича Глебова бывшего правой рукой Петра Шувалова. Следует отметить, что уже второй раз в карьере Глебов занимал его место. Впервые в 1760 году, когда сместил Шаховского с поста главного снабженца Российской армии.

Петр Иванович Шувалов в то время находился «в крайних болезнях» и уже стоял одной ногой в могиле, но не мог справиться с жаждой государственной деятельности. По его просьбе он был перенесен «на одре» из своего особняка в дом Глебова, находившийся ближе к императорскому дворцу. По свидетельству Шаховского, Петр III удостаивал умирающего сановника «величайшей милости и доверенности», непрестанно советовался с ним о государственных делах через Глебова и персонально.

Петр Иванович Шувалов умер 4 января 1762 года.

Глебов.


Теперь подробнее остановимся на человеке, одним из главных героев этой истории 250-ти летней давности. Так о нем рассказывается на сайте Генеральной прокуратуры России:

Александр Иванович Глебов родился в 1722 году. В пятнадцатилетнем возрасте он был определен сержантом в Бутырский пехотный полк, в составе которого штурмовал турецкую крепость Очаков. 17 августа 1739 года в сражении под Славучанами в чине поручика командовал небольшим отрядом, проявив незаурядную храбрость и смекалку. В этом бою получил тяжелое ранение.

А.И.Глебов находился на военной службе до 1749 года, после чего перешел на «статскую» в чине коллежского асессора. Он сумел завоевать доверие важного елизаветинского сановника графа П.И.Шувалова, который взял его под свое покровительство. Благодаря графу Глебов в 1754 году занял довольно неплохую должность — обер-секретаря Сената, а через два года стал обер-прокурором. В ноябре 1758 года был удостоен ордена Св. Анны, а 16 августа 1760 года назначен генерал-кригскомиссаром. В отличие от князя Я.П.Шаховского, А.И.Глебов исполнял свои обязанности не столь рачительно, что особенно сказалось на снабжении армии во время войны с Пруссией.

25 декабря 1761 года только что вступивший на престол Петр III назначил А.И.Глебова Генерал-прокурором Сената. Будучи очень дружен с императором, он довольно быстро занял прочное место среди приближенных к монарху вельмож. Ему поручалась подготовка целого ряда важных узаконений. В частности, Александр Иванович являлся одним из автором известных манифестов: от 18 февраля 1762 года «О даровании вольности и свободы всему российскому дворянству» и от 21 февраля 1762 года «Об уничтожении Тайной канцелярии». В феврале 1762 года А.И.Глебов был награжден орденом Св. Александра Невского, став первым александровским кавалером царствования Петра III.

Будучи опытным царедворцем, хитрым и изворотливым (современники называли его «человеком с головой»), Генерал-прокурор А.И.Глебов очень тонко оценил обстановку во время дворцового переворота 1762 года и, несмотря на привязанность к Петру III, сразу же поддержал Екатерину II. Он обладал исключительными способностями и трудолюбием, поэтому Екатерина II, хотя и знала о его дурных наклонностях и корыстолюбии, продолжала держать на высшем прокурорском посту.

3 февраля 1764 года А.И.Глебов был смещен с поста Генерал-прокурора, с предписанием императрицы «впредь ни на какие должности его не определять».
Тем не менее Екатерина II и сама не склонна была отказываться от толкового, хотя и корыстолюбивого, сотрудника. Поэтому А.И.Глебов сохранил за собой должность генерал-кригскомиссара, а в 1773 году был даже пожалован в генерал-аншефы. В 1775 году он получил новое назначение — стал Смоленским и Белгородским генерал-губернатором. Но уже в следующем году ревизия вскрыла серьезные злоупотребления и хищения в Главном кригскомиссариате, учиненные в бытность руководства им Глебова.

По поручению Екатерины II была образована специальная Следственная комиссия, а в июне 1776 года Глебов был вызван из наместничества в столицу, и тогда же его отстранили от всех должностей «донеже по делам, до него касающихся, решение последует». А.И.Глебов оказался под судом и подвергся допросам. Окончательный приговор по делу был утвержден Екатериной II лишь 19 сентября 1784 года. Глебов был признан виновным «в небрежении должности» и исключен из службы. На имения его наложили арест.

Удаленный от всех дел, А.И.Глебов проживал либо в своем имении в Москве, на Ходынке, либо в подмосковном — Виноградове. Александр Иванович был женат трижды. Первая его жена Екатерина Алексеевна (урожденная Зыбина) умерла в 1746 году; вторая — графиня Мария Симоновна (урожденная Гендрикова) скончалась в марте 1756 года, через полтора месяца после свадьбы. Незадолго до своей отставки он женился в третий раз, взяв в супруги свою экономку Дарью Николаевну Франц, из-за чего рассерженная Екатерина II приказала не допускать его ко двору. А.И.Глебов скончался в июне 1790 года и погребен в своем имении Виноградове.


Поясню ключевой момент. В 1756 году он женился на Марии Гендриковой, являвшейся племянницей русской императрицы. Хотя брак продолжался всего 1,5 месяца, но Глебов самим фактом брака попал в «звездный список» того времени. А когда другой племянник Елизаветы Петровны, Петр III стал императором России, Глебов попал к нему в полное доверие.

Австрийский дипломат сообщал в Вену: «Глебов… служит, кажется, верной опорой новому государю в начале его правления. Я достоверно знаю, что великий князь во время вторичного, опасного поворота болезни императрицы ночью отправился к Глебову и просидел с ним запершись до 4 х часов утра. Его то влиянию можно, кажется, приписать, главным образом, совершенно неожиданное кроткое, мягкое обращение императора в начале его царствования. Действительно, его величество встречает всех и каждого как нельзя более ласково, старается (начиная с камергеров) отнять у всех страх и озабоченность и дает обо всех только благоприятные отзывы… Так как подобное отношение государя, только что вступившего на престол, к своим подданным само по себе умно и полезно, то неудивительно, что оно доставляет его советнику и внушителю много славы; вот почему Глебов прослыл очень опытным и ловким человеком».

Уровень доверия был таков, что все царские резолюции на полях сенатских докладов написаны рукой Глебова и лишь утверждены подписью Петра III. Глебов лично приносил эти документы на утренние приемы императора и обсуждал с ним поставленные в них вопросы. Он же объявлял на заседаниях Сената волю монарха и составлял указы, которые потом подписывали сенаторы. Иногда Петр III поручал Глебову и подготовку актов за императорской подписью.

А.И.Глебов уволен с генерал-прокурорской должности 3 февраля 1764 года. «Глебов, -писал о нем князь М.М.Щербатов в своем сочинении «О повреждении нравов в России», - угодник графу Шувалову, умный по наружности человек, соединяющий в себе все пороки, которые сам он, Петр Иванович, имел». Щербатов писал, что Шувалов и Глебов присоединили себе людей, которые ни в какой степени не могли претендовать на звание «законодателей и благотворителей своего отечества», сочинили уложение, которое они наполнили «неслыханными жестокостями пыток и наказаний». Императрица Елизавета, уже готовая его подписать, перебирая листы, попала на главу пыток, «ужаснулась тиранству» и велела переделать. «Так чудесным образом избавилась Россия от сего бесчеловечного законодательства». А вот отзыв о Глебове, как о генерале-прокуроре, его позднейшего биографа: «...судебная часть, вверенная его надзору, представляла в себе тогда крайнее расстройство... Императрица неоднократно убеждала словесно и письменно не идти по следам своего предшественника князя Трубецкого... наконец, решилась удалить его от должности генерал-прокурора, назначив на его место князя Вяземского. Доводом для этого послужило дело иркутского следователя П.Крылова, вскрывшего грандиозную картину злоупотреблений и хищений, в которых главное место принадлежало Глебову. Тем не менее потом он был генерал-аншефом и смоленским наместником.

И вот в руках такого человека в течение двух лет - последние полтора года, правда, так сказать, под контролем графа Н.И.Панина - было руководство разбором политических дел и вынесение приговоров по ним.

Итоги службы графа Петра Шувалова


Внимательно изучая все этапы его карьеры, можно сделать крайне неоднозначные выводы. Казнокрадство и обогащение властьимущих при Шувалове достигло пика. Целые направления бизнеса «приватизировались» людьми из его ближайшего окружения. Огромные неподкрепленные кредиты раздавались сановникам лишь за сам факт нахождения их у власти. Сами же кредиты зачастую даже не вкладывались в производство, а огромные суммы просто просаживались во время столичных кутежей.

Государственная собственность раздавалась за бесценок. В культ была возведена система «откатов». Особенно при получении кредитов, земельных спорах, приобретении производства. Воровство на поставках на нужды армии процветало. Под видом, как сейчас бы сказали, «конверсии» из пушечного производства изымалась медь, рекой текшая в личный банк Шувалова. И даже пушки изымались из боевых соединений, чтобы стать источником меди для монет.

Благодаря ближайшему помощнику – Глебову, являвшемуся более трех лет главой прокурорской службы России, все это благополучно замалчивалось. А получившие кредиты и предприятия сановники принимали необходимые законопроекты.

Но! При Шувалове уменьшилось засилье иностранцев у власти. Российский рубль стал цениться в Европе. Экспорт превысил импорт. Создан был Госбанк. Его личный Медный банк сделал огромный шаг вперед по сравнению с экономическими схемами, принятыми в Госбанке (и, позже, принятыми им на вооружение). Армия дополнилась системой рекрутов. Объединенные артиллерийские и инженерные войска под патронажем Шувалова сливаются в единую систему. Появившиеся при его протекции пушки «единорог» на сто лет становятся на вооружение Российской армии. Появились военная академия наук и кадетские корпуса. Отмена таможни между западной и восточной частями страны, позволило наконец-то развиваться Сибири.

Граф Петр Иванович Шувалов был и остается одной из самых противоречивых фигур в российской истории. Буду рад всем замечаниям и дополнениям.
Я намеренно упустил историю с винокурением, поскольку это тема отдельного рассказа.

Использованные материалы:

Дм. Бантыш-Каменский. «Биографии российских генералиссимусов и генерал-фельдмаршалов»
А.В. Бугров «Медный банк».
Ю. Голицын «Благородные» бизнесмены». Журнал «Русский предприниматель». Сентябрь 2002 года.
В. М. Крылов. «Кадетские корпуса и российские кадеты».
В.Н.Разгон. «Винные откупа как форма накопления капиталов в Сибири».
А.Н. Сахаров «Романовы. Исторические портреты».
С.М. Соловьев. «История России с древнейших времен».
А.В. Старцев. Ю.М. Гончаров «История предпринимательства в Сибири».
Генеральная прокуратура РФ. История в лицах. А.И. Глебов.
Статья из Википедии «Граф Петр Шувалов» (как источник иллюстраций).
Tags: Интересно, История
Subscribe

  • (no subject)

    Вот ни за что не поверю, что в моей ленте есть хоть один человек, не любящий его творчество. Хотя, вряд ли кто знает как его зовут и, тем более, как…

  • Геннадий Трофимов.

    Думаю, что в 80-е у каждого была пластинка "Юнона и Авось". Помню некоторый диссонанс между голосом на пластинке и исполнением Караченчова.…

  • Так умирают моллы

    Оригинал взят у hvv в заброшенные мега-моллы в США. Дух апокалипсиса. 50+ фото В период расцвета общества потребления по всей стране…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 3 comments